ГЛАВНАЯ страница | Регистрация | Вход| RSS Воскресенье, 17.11.2019, 13:54

Удобное меню
  • ТЕСТЫ
  • В помощь учителям
  • В помощь изучающим
  • Родителям
  • Скачать
  • Развлечения
  • Нашим ученикам
  • ЕГЭ-2010-2011
  • Teachers' Cafe
  • Info
    Поиск
    Категории раздела
    Интересно каждому [6375]
    Информация
    фотообзоры

    Каталог статей

    Главная » Статьи » Интересно каждому » Интересно каждому

    Моделирование стратегического дискурса убеждения и принуждения

    Эту статью мне посоветовал мой приятель, который часто летает в командировки, и его выручает http://www.newmoscowtaxi.ru/, которое быстро подвозит его до нужного места. В современном языковедческом пространстве формируется новая интегральная наука, объединяющая, усилия представителей целого комплекса смежных наук – традиционной лингвистики, психолингвистики, прагмалингвистики, конверсационной лингвистики, риторики, психологии, теории массовой коммуникации, рекламы, менеджмента, социологии, связей с общественностью, этнографии, конфликтологии. Возросший интерес исследователей к функциональной стороне языкового феномена, а именно к одной из важнейших его функций – регулятивной – является яркой приметой современного развития гуманитарного научного знания, ориентированного на практические потребности общества. Речь идет о науке об эффективном речевом воздействии. Речевое воздействие при этом понимается широко, т.е. и как информационное изменение состояния сознания коммуниканта, и как модификация структуры его убеждений. Изменение психологического, ментального и физического состояния коммуникантов в рамках общей теории действий называют изменениями "состояния мира". Как правило, языковая личность не склонна легко расставаться со своими убеждениями и знаниями, приобретенными в процессе практики, а тем более поступать вопреки стереотипным или уже сложившимся представлениям. В связи с этим актуальным становится исследование способов эффективного речевого воздействия, а именно – стратегических дискурсов убеждения и принуждения как частных вопросов в общей теории речевого воздействия. Построение моделей речевого воздействия представляет интерес в теоретическом и практическом плане. С одной стороны, исследование механизмов, которые действуют при речевом воздействии в каждом частном случае, позволяет уточнить структуру лингвистической модели. С другой – анализируя различные приемы речевого воздействия, мы можем создать номенклатуру этих приемов и существенно расширить лингвистический инструментарий. Изучение дискурса убеждения и принуждения представляет особый интерес для лингвистов еще и потому, что характеристика особенностей функционирования речевых единиц, основанная только на иллокутивной цели типов РА и построенная на анализе изолированных единиц речевой деятельности, является недостаточной. Известно, что изначально присущая высказыванию прагматическая функция актуализируется, модифицируется за счет связи с предшествующими или последующими членами речевого взаимодействия. В этом случае следует говорить об особом значении речевой единицы, а именно интеракциональном, которое актуализируется лишь в дискурсе. Интеракциональные значения впервые были выделены в теории дискурса У.Эдмонсона и далее описаны в работах отечественных лингвистов (Чахоян, Паронян, и др.). В данной статье дискурс убеждения и принуждения квалифицируются как тип стратегического дискурса, т.е. последовательность речевых действий (локальных шагов), которая способствует решению задачи под контролем определенной стратегии. Стратегия – это понятие более высокого уровня организации речевой деятельности. Ряд исследователей говорят о творческой реализации плана построения говорящим своего речевого поведения с целью достижения общей глобальной языковой / неязыковой задачи общения в интеракции (Дейк, Макаров). Стратегия в общих чертах – это характеристика когнитивного плана общения, которая контролирует оптимальное решение системы задач гибким и локально управляемым способом в условиях недостатка информации о последующих действиях других участников коммуникации или о локальных контекстуальных ограничениях на собственные последующие действия. В стратегическом дискурсе речевые единицы реализуют свой интеракциональный потенциал, являясь «квантами» не сообщения, а воздействия. Дискурсы убеждения и принуждения рассматриваются как типы компететивного диалога, характеризующегося конкуренцией мнений, знаний, установок. Разграничение между стратегическими дискурсами убеждения и принуждения объясняется тем, что в них реализация цели – убедить адресата в необходимости принять то или иное решение, разделить ту или иную точку зрения, отличаются степенью императивности: мягкая степень императивности для дискурса убеждения и жесткая – для принуждения. Необходимо отметить также, что принуждение противостоит убеждению как способу морального воздействия. В дискурсе убеждения в центре внимания находится концептуальная сторона деятельности адресата, в то время как принуждение направлено на деятельностную сторону поведения партнера по коммуникации. В условиях компететивного диалога каждый коммуникант обладает своей моделью ситуации, которую считает истинной, то есть наблюдается конкуренция мнений и точек зрения. Автору речевого сообщения (С1) не удается напрямую воздействовать на собеседника, он наталкивается на ограничения, задаваемые моделью ситуации второго коммуниканта (С2). Поэтому С1 вынужден продумывать соответствующую стратегию построения речевого действия, основываясь на своих гипотезах о С2, его модели ситуации, включая такие параметры, как уровень образованности и информированности, социально-ролевые, психологические, возрастные и другие характеристики. Эти переменные детерминируют стратегию построения дискурса принуждения и убеждения. Однако характер этой детерминации не является жестким и однозначным, поскольку выбор средств речевого воздействия и его процедур базируются на когнитивной модели мира коммуниканта, его индивидуальном опыте и представлениях, которые имеют вероятностную структуру. Следовательно, социальный индивид, пытаясь трансформировать наличное "состояние мира" реципиента, не всегда руководствуется законами формальной логики, которые, как известно, фиксируют содержательные закономерности общечеловеческой практики. Нередко стратегический дискурс убеждения и принуждения строится коммуникантом исходя из "наивной, интуитивной" логики, которая интерпретируется обыденным сознанием как "здравый смысл". Отсюда модель стратегического дискурса убеждения и принуждения можно представить лишь в самом общем виде. Убеждение и принуждение начинается с апелляции С1 к С2. При этом сообщается конкретное положение дел. Стадия конфронтации наступает, когда С2 не соглашается с точкой зрения С1. С2 часто обосновывает свои возражения, приводя различные аргументы. Интеракциональный ход, выражающий мнение С2, задает конфликтное начало речевому взаимодействию. Следующим интеракциональным ходом С1 начинает стадию аргументации, приводя ряд аргументов в защиту выработанного тезиса. С помощью одних аргументов устанавливается истинность тезиса, с помощью других - целесообразность его принятия, демонстрация его преимуществ по сравнению с другими и т.п. Иногда С1 с целью убеждения апеллирует к чувству долга, к эмоциональной стороне реципиента. В результате чего могут возникнуть следующие ситуации: 1. С1 доказал истинность тезиса и убедил С2 2. С1 доказал, но не убедил С2 3. С1 убедил С2, не доказывая 4. С1 не доказывал и не убедил С2 (Брутян) Во втором и четвертом случаях аргументация не имеет перлокутивного эффекта и, следовательно, С2 может продолжать высказывать сомнения по поводу истинности тезиса. В этом случае С1 может изменить тактику аргументирования, используя такие стратегические ходы, как объяснение, уточнение, обобщение, уступка, контраст (термины Т.А. ван Дейка). В другом случае с этого момента речевое взаимодействие может развиваться по типу принуждения. Рассмотрим в качестве примеров стратегических дискурсов убеждения и принуждения фрагменты из произведений современных авторов. 'It's better then letting the sharks eat us. This way, some of us will still have a chance. Soon, we'll all be too weak to move. We must decide now.' Silvana looked at Patty 'How could you?' Patty whispered,'At least I'm not suggesting ...' 'Just what are you not suggesting?' Silvana hissed. Patty whispered,'They used to ...help someone to die. If one of the sailors in a lifeboat was obviously dying ... then they helped him to die.' 'What if nobody was obviously dying?' Silvana asked. 'Then they all drew lots. One sacrificed himself for the rest.' Silvana whispered, 'I'm never going to kill anyone, ever again, and I don't want anyone else to kill me.' Patty croaked,'How can it be wrong if it's legal? And I promise you it's legal.' (Conran, 647) Предтекстовая ситуация такова: молодые женщины, оказавшиеся в экстремальной ситуации, вынуждены бороться за жизнь. Однако несколько дней без пресной воды и продовольствия сделали свое дело – женщины начали слабеть. Сейчас каждая из них думала только о себе. В такой ситуации одна из женщин, Патти, рассказывает, что моряки, оказавшиеся в аналогичной ситуации, для того чтобы спасти себе жизнь, едят человеческое мясо, и что это вполне законно. Остальные не поддерживают этого разговора. Через несколько дней ситуация ухудшается. Как говорится в авторском комментарии, уже никто не знал, было ли предложение Патти разумным, безумным или преступным. Она вновь начинает разговор о каннибализме. Патти начинает реализацию своей глобальной цели сразу с приведения констатации отрицательных последствий, подводящих к принятию тезиса We must decide now. Ответный ход Сильвании начинает стадию конфронтации. Семантика интеррогатива How could you? и анализ паралингвистических средств позволяет идентифицировать эту речевую единицу, как эмоциональный протест. Патти меняет стратегию, она идет на "очевидную уступку" /At least I'm not suggesting.../. Однако Сильвания перебивает ее. Авторская помета /hissed/ сообщает о том, что женщина раздражена и пытается прекратить разговор. Патти делает вид, что не замечает реакции Сильвании, продолжает убеждать ее в необходимости и законности каннибализма. Стадия конфронтации расширяется за счет цепочки "запрос-ответ". Стратегия Патти оказывается неэффективной, она не достигает нужного перлокутивного эффекта /I'm never going to kill anyone/. Патти в отчаянии делает последнюю попытку убедить Сильванию, однако та не поддерживает разговора. Интерес в данном фрагменте дискурса представляет и тот факт, что в качестве тезиса выступает директивный речевой акт, не имеющий формы повелительного наклонения. Такие речевые единицы некоторые исследователи (Еемерен, Гроотендорст) называют косвенными выражениями точки зрения. Следующий фрагмент дискурса начинается сразу со стадии конфронтации: Stachowa glared.'You here again? Haven't I warned you to stay away? Why do you hang on like the plague? Get out! Out! I'll scream for help! I'll call the police.' (С1) 'Shut up! I'm not trying to kill you. I have a right to see my daughter.'(С2) 'You haven't. A man who deserts his baby is no father. She's not your daughter.' 'Yes, she is - mine and not that escaped convict's you sleep with: that nobody of a bearded young lord.' 'Pig! Dog! Hyena! What are you raving about? May God in heaven punish you! May you drop dead on the spot!' 'Be still.' (Singer, 82) В силу сложившихся между коммуникантами отношений, а также обстоятельств, непосредственно предшествующих данной ситуации, С1 начинает реализацию жесткой дискурсивной стратегии с интеррогативных высказываний, выражающих ее неприязнь к С2. Семантическое наполнение речевого хода С1 соответствует ее эмоциональному состоянию. Не прибегая к помощи аргументов, она пытается заставить С2 уйти, однако тот выдвигает в свою защиту аргументы. Его речевой ход вызывает контраргумент со стороны С1. Ее высказывание, состоящее из трех ассертивных шагов, полностью передает отношение женщины к предмету спора. С2 не соглашается с обезумевшей женщиной , пытается шутить, напоминая ей о их былых отношениях. Его шутливое высказывание вызывает бурю проклятий. С1 строго следует избранной дискурсивной стратегии и, наконец, принуждает С2 покинуть дом. В данном примере речевое взаимодействие сразу начинает развиваться по типу принуждения. Глобальная цель коммуниканта достигается благодаря использованию жесткой дискурсивной стратегии. Таким образом, взяв за основу модель критической дискуссии, предложенную в работе голландских ученых Ф.Х. ван Еемерена и Р.Гроотендорста "Аргументация, коммуникация и ошибки", модель-фрейм стратегического дискурса убеждения и принуждения можно представить в следующем виде: I. Стадия конфронтации С1 С2 выдвижение тезиса выражение сомнения по поводу истинности тезиса II. Стадия аргументации С1 С2 обоснование аргумен- принятие аргументов тирования контраргументирование отказ от речевого взаимо- действия III. Заключительная стадия С2 информационное насыщение, меняющее или модифицирующее С1 "когнитивную модель мира С2" аргументирование принуждение С2 первоначальное состояние ситуационной модели С2 нулевое состояние Обобщенные модели-фреймы стратегического дискурса убеждения и принуждения становятся практически значимыми, только когда ясно, какие речевые акты на различных стадиях могут содействовать разрешению коммуникативного конфликта. На начальной стадии конфликта особенно характерно использование вопросительных конструкций в речевых актах "запрос информации" и "просьба". С их помощью говорящий пытается заставить слушающего сделать что-то, выраженное в утверждаемом содержании речевого акта, или удержать от этого. В ходе развития конфликта говорящий может использовать интеррогативы для выражения радости, разочарования, гнева, удивления, сожаления, тем самым выставляя напоказ свои чувства, касающиеся определенного события, положения дел, партнера по интеракции и т.п. Особенно характерны вопросительные конструкции с экспрессивной окраской на стадии разрешения конфликта, при этом социальный статус С1, как правило, выше, чем С2. Высокой рекуррентностью обладают интеррогативные высказывания – корреляты ассертивных речевых актов, таких как утверждение и предположение, с помощью которых говорящий эксплицирует свое мнение о чем-то. Точка зрения или аргумент могут также выражаться посредством требования, оформленного интеррогативом. В стратегическом дискурсе убеждения и принуждения вопросительные конструкции реализует не коммуникативное значение, а интеракциональное: несогласие, радость, гнев, раздражение, удивление, сожаление. На стадии аргументации характерно употребление интеррогативов – коррелятов ассертивных речевых актов, с помощью которых коммуникант, эксплицируя свое мнение, убеждает собеседника. В критический момент требование, оформленное интеррогативным высказыванием, может послужить достижению глобальной цели дискурса.

    Категория: Интересно каждому | Добавил: Admin (13.04.2010)
    Просмотров: 2414 | Рейтинг: 0.0/0 |
    Дополнительный материал для Вас от сайта englishschool12.ru

    Тесты по английскому: идиоматические выр...
    WE CONTINUE TALKING ABOUT NEW COLLOQUIAL...
    Интересные факты об английском языке

    Универсальная школьная энциклопедия. 
    Скачать Корчагина Е.В. Экспресс-репетит... 
    Скачать бесплатно решебник Кузовлев В.П.... 

    ЗАДАНИЕ И МЕТОДИЧЕСКИЕ УКАЗАНИЯ к выполн...
    Классный час по культуре поведения учащи...
    Насколько необходим экономический англий...

    Варваризмы 
    Вербализация 
    Блатной и профессиональный жаргон 

    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]
    Welcome
    Меню сайта
    Info
    Видео
    englishschool12.ru
    Info

    Сайт создан для образовательных целей
    АНГЛИЙСКАЯ ШКОЛА © 2019
    support@englishschool12.ru

    +12
    Все права защищены
    Копирование материалов возможно только при разрешении администратора сайта