ГЛАВНАЯ страница | Регистрация | Вход| RSS Среда, 20.11.2019, 08:09

Удобное меню
  • ТЕСТЫ
  • В помощь учителям
  • В помощь изучающим
  • Родителям
  • Скачать
  • Развлечения
  • Нашим ученикам
  • ЕГЭ-2010-2011
  • Teachers' Cafe
  • Info
    Поиск
    Категории раздела
    Интересно каждому [6375]
    Информация
    фотообзоры

    Каталог статей

    Главная » Статьи » Интересно каждому » Интересно каждому

    Роман Д.Лоджа «Хорошая работа» и викторианская литература: опыт интертекстуального прочтения»

    Эту статью мне посоветовал мой приятель, который узнал про такое новшество, как http://www.transcool.ru/refrigerants.htm, и его очень заинтересовал этот прибор. «В конце XX века английская литература, подобно жене Лота, оглядывалась назад в отличие от обращения к «современности/ modern» в его начале» [Саруханян 2005:8], замечает А.П.Саруханян во введении к «Энциклопедическому словарю английской литературы XX века». Конец века для английской литературы оказался временем возвращения к прошлому, среди которого настойчиво напоминала о себе эпоха викторианства – одна из самых мощных «скреп» английской культуры. Викторианство для англичан – не просто годы правления королевы Виктории (1837–1901), оно «вызывает сумму определенных эмоций, чувств, эстетических и этических ассоциаций и настроений, т.е. то, что в своей совокупности больше, чем просто история или некоторое прошлое, это огромный прецедентный текст» [Проскурнин 2004: 5]. В книге «Современный британский роман» Малколм Брэдбери пытался объяснить современный интерес к эпохе викторианства самим сходством между королевой Викторией и Маргарет Тэтчер, отмечая, что "Retrospective fiction now became highly popular; indeed the return to the past began to assume near-epidemic proportions during the decade…In a time when Mrs Thatcher sought to restore "Victorian values”, and Charles Dickens and Victorian classics enjoyed a striking publishing revival, a good number of writers…took to revisiting the era when individualism seemed stronger, the social realities clearer, and our modern history was shaping, frequently pastiching past novels or writers in this recuperative process” [Bradbury 1994:404]. Вся викторианская литература в произведениях современных английских писателей (А.Байетт, П.Акройда, Д.Лоджа) предстает единым целым, как метко заметил Брэдбери, «the Victorian novel as archetype, the sum of the writings…about the idea of Victorianism» [Bradbury 1994: 357]. Поэтому зачастую невозможно выявить все случаи интекстовых включений из произведений викторианских писателей, целесообразнее говорить о неком викторианском интертексте в целом – упоминании в произведении реалий времени, исторических личностей, знаковых романов эпохи викторианства. Роман Дэвида Лоджа «Хорошая работа» (Nice Work, 1988) (варианты перевода – Прекрасная работа, Приятная работа, Славная профессия), последний в университетско-филологической трилогии, на первый взгляд, не вписывается в ряд неовикторианских романов конца XX века, ставящих целью переписывание событий прошлого в свете получения нового знания и его множественной интерпретации. По единодушному признанию критиков, «Прекрасная работа» является современной, отчасти пародийной, версией викторианского индустриального романа 1840-х г.г. в духе Бронте, Диккенса и Гаскелл (a present day condition of England novel). «Индустриальный» роман (industrial novel) XIX века – это, прежде всего, произведения Э. Гаскелл («Мэри Бартон» и «Север и юг»), Ш.Бронте («Ширли»), Ч. Диккенса («Тяжелые времена»), Дж. Элиот («Феликс Холт, радикал») и другие (сам термин был предложен Реймондом Уильямсом в книге «Культура и общество, 1780–1950» (1983) как нечто, объединяющее целую литературную традицию). Индустриальный роман является современной интерпретацией известного в XIX веке «condition of England novel», где кульминационным моментом оказывается забастовка или восстание (a turning point in the plots…in which the principal characters are involved) [Lodge 1990: 102]. Роман Д. Лоджа «Хорошая работа» напрямую связан с индустриальным романом XIX века не только благодаря главной героине – преподавателю филологического факультета, специалисту по викторианскому индустриальному роману XIX века Робин Пенроуз, лекции которой органично вкрапляются в повествование. Сам роман представляет собой тонкую интертекстуальную авторскую игру с индустриальными романами XIX века, где главная роль отводится роману Э. Гаскелл «Север и юг» (Н.А. Соловьева вообще утверждает, что «Д. Лодж переписал роман Э. Гаскелл ...сохранив основную проблематику, главных героев») [Соловьева 2004: 479]. По мнению О.Г. Сидоровой, викторианский индустриальный роман, входя в текст романа Д. Лоджа двумя путями – через прямые отсылки к прототипическим текстам и собственно университетский роман (в лице Робин Пенроуз, оригинально трактующей викторианский индустриальный роман в духе феминистской критики), присутствует в романе «Хорошая работа» в дважды отраженном виде [Сидорова 2000: 87], что, с одной стороны, усиливает интертекстуальную нагрузку самого текста, а, с другой стороны, способствует созданию пародийного модуса повествования. В «Хорошей работе», как и в «Севере и юге» Гаскелл, параллельно развиваются две повествовательные линии – в данном случае линии Вика Уилкокса и Робин Пенроуз. Подобно Э. Гаскелл, внимание Д. Лоджа сосредоточено на том, «как меняются взгляды человека под влиянием убеждений со стороны других людей» [Бурова 2004: 270]. Разделение Британии на два лагеря – северную (промышленную) и южную (аграрную) у Гаскелл – перерастает в романе «Хорошая работа» в спор университета и промышленного производства в целом, «two nations; between whom there is no intercourse and no sympathy», как заключает один из эпиграфов к роману. Роман «Хорошая работа» Д. Лоджа, таким образом, представляет собой своеобразный взгляд на современную автору разделенную на два лагеря Британию, полярность точек зрения и стиля, современный "condition of England novel”, роман-пастиш и социально-бытовой роман в сочетании с романом нравов. На протяжении всего повествования в романе Лоджа доминирующим типом является интертекстуальность на уровне имен-интертекстов (как присутствие в тексте имен собственных и названий произведений для введения интертекстуальной отсылки). Так, например, упоминание в тексте названий классических романов XIX века: «Крошка Доррит» и «Тяжелые времена» Ч.Диккенса, «Мэри Бартон» и «Север и юг» Э. Гаскелл, «Сибилла, или Две нации» Б. Дизраэли, «Джейн Эйр» и «Ширли» Ш. Бронте, «Грозовой перевал» Э. Бронте, «Феликс Холт, радикал» Дж. Элиот, «Элтон Локк» Ч. Кингсли, позволяет автору, наряду с имплицитной иронией, создать определенную атмосферу, в которой живет, работает и занимается исследовательской деятельностью главная героиня романа Робин Пенроуз. Место действия романа «Прекрасная работа», город Раммидж, прототипом которого явился дорогой автору Бирмингем, во многом напоминает Милтон из романа «Север и юг» Э. Гаскелл (прототипом которого, в свою очередь, явился Манчестер), а также Коктаун из «Тяжелых времен» Диккенса. В главных героях Вике Уилкоксе и Робин Пенроуз без труда угадываются Джон Торнтон и Маргарет Хейл, отчасти Роберт Мур и Каролина Хелстоун (Ш. Бронте «Ширли»), а также Генри Уилкокс и Маргарет Шлегель (Э.М. Форстер «Говардс Энд»). Сцена забастовки, неотъемлемый элемент индустриальной прозы XIX века, также играет решающую роль в отношениях главных героев романа Д.Лоджа, способствуя их сближению. Повторение сюжетных схем романов эпохи викторианства, основная проблематика романа – противопоставление двух миров, двух типов мышления, технократического и поэтического (town and gown), техника параллелизма в представлении главных персонажей – все это приближает «Хорошую работу» к классическим образцам викторианского индустриального романа. Часто используемый Лоджем прием – техника бинарных оппозиций, например, Англия – Америка, дилетантство – профессионализм, находит свое отражение в романе не только в образах главных героев, а намного шире – в контрасте мира университетов и промышленного производства, технократического и гуманитарного мышления. Автор не переносит повествование в прошлое, не использует ретроспективные вставки-экскурсы (за исключением одного эпизода, повествующего об истории города Раммиджа с упоминанием Томаса Карлейля, Чарльза Диккенса и королевы Виктории), однако XIX век присутствует на страницах романа, и дух викторианства весьма ощутим. При этом паратекстуальный уровень повествования в романе «Хорошая работа» (под которым здесь понимается отношение текста к эпиграфам) представляет большой интерес. Сильнейшая интертекстуальная нагрузка лежит на диалогической модальности текста, представленной эпиграфами, предваряющими каждую из частей романа. По мнению Н. А. Кузьминой, «заглавие, посвящение и эпиграф, будучи предтекстовыми компонентами, тесно связаны между собой и образуют единый семантический, стилистический, ассоциативный комплекс» [Кузьмина 2004:146]. Лодж намеренно выстраивает эпиграфы в определенной последовательности: двойной эпиграф из Драйтена и Дизраэли ко всему роману, перекликающийся с основной идеей – о двух «нациях, между коими нет ни общности, ни симпатии», и по одному эпиграфу к каждой из его шести частей, при этом роман окаймляется эпиграфами из романа «Ширли» Ш.Бронте, вторая и четвертая части предваряются эпиграфами из романа «Север и юг» Э. Гаскелл, а третья и пятая – эпиграфами из романа «Тяжелые времена» Ч. Диккенса. С одной стороны, наличие эпиграфов к главам – непременный атрибут английских романов XIX века. Таким образом, частично Д. Лодж прибегает к стилизации под викторианский роман, выстраивая свое произведение по викторианским канонам. С другой стороны, эпиграф позволяет автору ввести второй план повествования, имплицитно сопровождающий основную линию развития событий и с ней переплетающийся. Таким образом, эпиграф у Дэвида Лоджа, выполняя одновременно свои основные функции – информативную и формоопределяющую, тяготеет к раскрытию не столько содержательно-фактуальной и содержательно-концептуальной, сколько к содержательно-подтекстовой информации (термины Н.А.Кузьминой). Автор делит свое произведение на шесть частей-блоков, с помощью эпиграфа определяет основную тональность повествования, узнаваемые мотивы, образы, сюжетные линии. Современность постоянно вступает в некий диалог со сконцентрированным в эпиграфах викторианством. Именно этот «прогнозирующий» эпиграф предопределяет последующее развитие событий и выступает в качестве связующего звена двух эпох, а шире – культуры современной и викторианской. Дэвид Лодж не стремится к полному копированию приемов писателей-викторианцев, не драматизирует повествование введением неожиданных персонажей, совпадений, открытий, хотя в романе присутствует непременный для писателей-викторианцев мотив неожиданного наследства, оставленного Робин дальним родственником из Австралии, при этом заявление Робин о том, что писатели викторианской эпохи способны предложить лишь следующие пути решения проблем индустриального капитализма: «a legacy, a marriage, emigration or death» [Lodge 1990: 52], звучит весьма современно по отношению к действительности. Исходя из признания самого Дэвида Лоджа, «proper names in fiction are of course never neutral: they always signify, if it is only ordinariness» [Lodge 1990: 103], можно предположить, что секретаря Уилкокса неслучайно зовут Ширли (Shirley); имя главного героя романа Victor одновременно сочетается с его старомодными взглядами на брак, а значение имени «победитель» иронично по отношению к событиям финала (где именно Робин остается своего рода победительницей); фамилия Wilcox аллюзивно отсылает к Уилкоксам из романа Э.М.Форстера «Говардс-Энд» (Howards End), деловым людям, относящимся с подозрением к любому проявлению эмоций. Мужское имя Робин Пенроуз (Robyn Penrose) полностью подходит феминистски настроенной героине, иронично при этом перекликаясь с образом Робина Гуда – известного бунтаря, борца за справедливость. Не раз отмечалось исследователями, что роман «Хорошая работа» – это отчасти пародия на индустриальные романы XIX века, сочетание комической, внешне занимательной и одновременно интеллектуальной прозы (a mixture of comic irony and concerned seriousness), а также впервые предпринятая попытка свести воедино жанры университетского и индустриального романа, существовавшие раздельно в истории английской литературы. Романы Гаскелл, Диккенса, Бронте служат неким приглушенным ироничным фоном, на котором разворачиваются основные события в романе «Хорошая работа». При этом не последняя роль отводится метатекстовым играм, разнообразным аллюзивным слоям, тесно переплетающимся между собой и способствующим созданию пародийного модуса повествования. Таким образом, для современных британских писателей викторианский интертекст становится неотъемлемой частью повествования, привнося новые возможности для расширения культурного пространства текста и усложняя его декодирование.

    Категория: Интересно каждому | Добавил: Admin (13.04.2010)
    Просмотров: 6713 | Рейтинг: 5.0/2 |
    Дополнительный материал для Вас от сайта englishschool12.ru

    Quote of the day
    Выборова Г.Е. Тесты по английскому языку...
    АМЕРИКАНСКИЕ ШКОЛЬНИКИ ТЕПЕРЬ МОГУТ &quo...

    ЕГЭ по английскому языку 2010 (Демонстра... 
    Американский и Британский варианты англи... 
    Принцип создания фотографии 

    Рекомендованная литература для обучения ...
    Контрольные по английскому языку №2
    Учитель английского языка!

    Традиционное понимание проекта 
    Three Bears and Goldilocks 
    Л.Е. КЕРТМАН ГЕОГРАФИЯ ИСТОРИЯ И КУЛЬТУР... 

    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]
    Welcome
    Меню сайта
    Info
    Видео
    englishschool12.ru
    Info

    Сайт создан для образовательных целей
    АНГЛИЙСКАЯ ШКОЛА © 2019
    support@englishschool12.ru

    +12
    Все права защищены
    Копирование материалов возможно только при разрешении администратора сайта