Слова "Красная горка" были известны по всей России и означали весну с ее красным солнышком, с ее красной Пасхой. Весна красная, т. е. красивая, веселая, оживленная долгожданным теплом и водами, сбросившими ледяные оковы. В это время обыкновенно реки разливаются от снегов и заливают низменности, причем остаются возвышенные, гористые места, или горки, где на Пасху обычно и устраивают гулянья. Еще в дохристианские времена на Руси весной отмечали Красную горку (другое название этого праздника - Ляльник. Леля - дочь Лады, богиня возрождающейся природы, первых всходов, молодости, любви. От имени Лели образовались такие слова, как лелеять, люлька, ляля). Обычно девушки выбирали Лелю, наряжали ее в белый вышитый сарафан. Они надевали на нее венок из свежих цветов, перевязывали лентами, вплетали в косы зелень. Лелю усаживали на скамью из дерна, на которой уложены приношения: по одну сторону - хлеб, а по другую - кувшин с молоком, масло, яйца, сыр, сметана, у ног складывали сплетенные венки. Вокруг нее водили хороводы, а Леля раздавала угощения и подарки подругам, бросала им венки. Эти подарки сохраняли на счастье. Праздник проводился на возвышенности, поэтому и называли его еще Красная (или Девичья) горка. Именно на этом празднике Снегурочка прыгнула через костер и превратилась в белое облачко. Во времена древнерусского язычества в этот день зажигали по холмам священные костры - огни в честь Даждьбога (бог Солнца, его олицетворение). Вокруг огней совершались жертвоприношения и мольбища. Здесь же вершился суд - "полюдье". В большинстве краев России Красной горкой называли первое воскресенье после Пасхи, хотя в некоторых местах так именовали Юрьев день, но везде Красною горкою величали весеннюю пору, время свободы от тяжелого земледельческого труда, когда к сельскохозяйственным делам еще только приступают. Обыкновенно в это время еще вся молодежь была в деревне, никто из тех, кто занимался промыслами фабричными, плотницкими или речными работами, не уходил на заработки. Между тем - каждый крестьянин-семьянин желал принять работницу в дом, и если имел неженатого сына, то старался в это свободное время окрутить молодца. Красная горка считается девичьим праздником, и поскольку в этот день происходят свадьбы и идет усиленное сватовство, то на игры являются обыкновенно все девушки до единой (конечно, в лучших нарядах, потому что в этот день происходит выбор женихами невест). Считается даже дурной приметой, если какой-нибудь парень или девушка просидят на Красную горку дома: такой парень или совсем не найдет себе невесты, или возьмет рябую уродину; а девушка или вовсе не выйдет замуж, или выйдет за какого-нибудь последнего "мужичонку-замухрышку". "Сочтемся весной на бревнах - на Красной веселой горке, сочтемся-посчитаемся, золотым венцом повенчаемся", - гласит народная прибаутка. И ждут этих дней заневестившиеся девушки с неменьшим нетерпением, чем Светлого воскресения. Весело проходили "зеленые смотрины". В Костромской губернии, например, существовал обычай, позволяющий парням обливать водой приглянувшихся им девушек. Кто обольет которую, тот за нее и должен свататься. До позднего вечера звучали песни и водились хороводы: Не шелковая травинка Окол пенья вьется, Красавица девушка Дружка не дождется. Я ждала два месяца, Подожду денечек: Не воротится ль назад Миленький дружочек ? Встретила, заметила Своего любезного: "Ты пожалуй, молодец, В нашу круговую, Выбирай-ка, удалой, Девицу любую ". В Северном Поволжье Красная горка называлась "кликушным воскресеньем", т. к. в этот день односельчане ходили к домам молодоженов, "окликали молодых", которые за пение выносили по яйцу и стопочке. Вьюница-молодица! Выходи на крыльцо, Выноси красное яйцо! А не вынесешь яйцо, Разломаем все крыльцо. В этот день совершалось заклинание весны. Оно начиналось с солнечным восходом и проходило на той же Красной горке. При первых лучах солнца молодежь с выбранной "хороводницей" во главе приступала к выполнению старинного обряда. Хороводница выходила на середину круга и произносила заклинание: "Здравствуй, красное солнышко! Празднуй, ясное ведрышко!.. Я, девушка (имя), путем-дорожкой шла-прошла, золот ключ нашла. Кого хочу - того люблю, кого сама знаю - тому и душу замыкаю. Замыкаю я им, тем золотым ключом, доброго молодца (имя) на многие годы, на долгие весны, на веки-веченские заклятьем тайным нерушимым. Аминь!". Все присутствующие при заклинании повторяли каждое слово, вставляя полюбившиеся каждому имена. Затем затягивались песни.... Была такая поговорка: "Веселы песни о Масленице, а веселей того - о Радонице". И еще: "Веселая Масленица - беспросыпная горе-пьяница, а гульливая Радоница - светлой радости приятельница". И, наконец, третье слово оба первые дополняет и поясняет: "Масленые пьяные песни о голодный Велик-Пост разбиваются, колокольным постным звоном глушатся, а радоницкие-вьюношные по Красным горкам раздаются, с семицкими-девичьими перекликаются". По старинному поверью, песням этим радуются не только живые, а и мертвые...